Главная | Регистрация | Вход
...
Поделиться
Меню сайта
Категории раздела
Поэзия [3]
Проза [4]
Философские беседы [1]
Критика и литературоведение [1]
Искусство [1]
Параллели и меридианы [1]
Новые материалв
[05.03.2007][Проза]
Вовка (2)
[05.03.2007][Проза]
Тайна старинного портрета (0)
[05.03.2007][Проза]
Моя вторая половинка. (1)
[05.03.2007][Проза]
Индикатор любви (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Дешифратор сигналов (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Россия.]
ГОГОЛЬ, УКРАИНА И РОССИЯ (0)
[23.03.2007][Проза]
НЕ О ЛЮБВИ (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Продолжение следует... (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Карнавал в вихре красок (1)
[05.04.2007][Проза]
Мечтатель (0)
Вход на сайт
Поиск
Наш опрос
Читаете ли вы электронные книги?
Всего ответов: 308
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Главная » Файлы » Журнал "Нива" » Проза

    Литературный клуб «Пегас»
    13.06.2009, 17:01
    Журнал "Нива", № 5, 2009 г.

    В гостях у «Нивы» — литературный клуб «Пегас».

    Рассказы Д. Довольнова, Л. Шайдуровой  

     

    Людмила ШАЙДУРОВА
    Говорила мама…
    … И сошлись в Великой Битве Главный Герой с Главным Злодеем и их
    могучие армии.
    Как две волны налетали армии друг на друга, и разносились над
    полем брани брань, боевые кличи, звон и лязг оружия. На скале, полусот-
    ней метров выше, скрестили тяжёлые мечи предводители армий.
    — Тебе не жить, Узурпатор! — прокричал Герой — солнце запуталось в
    коротких золотистых волосах, отразилось в голубых глазах — и занёс меч
    над противником, но тут что-то грохнуло, и всё вдруг стихло.
    — Что? — вопросил в тишине Герой, удивлённо вертя головой.
    — Перерыв, — глухо пояснил Главный Злодей сквозь шлем. — Вы,
    юноша, я вижу, — новенький?
    — Ну да, только от сохи, — сознался Герой рассеянно.
    — Дело молодое, втянетесь, — и вниз: “Ребята, я не расслышал, что
    там?!”.
    — Говорят, автобус подъехал! — рявкнули снизу.
    — Это надолго, — сделал вывод Злодей. — Курим, ребята!
    И стянул шлем. Оказался он почти лысым старичком с острыми уша-
    ми. Протерев лысину неизвестно откуда взявшимся платочком, он тяжело
    опустился на камень рядом, громко лязгнул доспехами. Неуловимым дви-
    жением достал трубку и прикурил.
    — Хорошо вам, Добру, — всё время молодеете, а Зло должно быть не
    только древним, но и страшным… А вообще, молодой человек, мне ваши
    глаза нравятся. Цикл длинный, так что всё у вас впереди — может, ещё и
    коллегами будем…
    — Да как ты!.. — вышел наконец из оцепенения молодой противник и
    снова поднял меч.
    — Шухер! — громыхнуло откуда-то сверху. Воинства внизу за мгно-
    вение позатаптывали “бычки”, попрятали стаканы и выстроились точ-
    но так же, как стояли прежде, “мёртвые” разлеглись по местам в живо-
    писных позах. Главный Злодей молниеносно натянул шлем и тоже встал
    в позицию.
    — Чего? — захлопал длинными ресницами Герой. — И откуда у меня
    эти ресницы?
    — А это она рекламу какую-то увидела, — непонятно пояснил против-
    ник и подсказал: “Тебе не жить, Узурпатор”.
    — Тебе не жить, Узурпатор, — послушно проговорил Герой и неловко
    занёс меч.
    — Отбой, — вздохнули сверху.
    Поэзия и проза
    102
    — Да что ж такое?! — возмутились снизу и чем-то лязгнули.
    — Автобус такой! — громко пояснили сверху. — Резко остановился, а
    она только начала… Но удержалась. Зубами… Конечно, костюм мужчины
    рядом жалко… — голос угас.
    — Молодец она у нас, цепкая, — с любовью в голосе сказал Главный
    Злодей и стёр скупую слезу умиления, почему-то прямо со шлема.
    — А читать дальше не стала, — снова включился голос сверху, на этот
    раз в нём слышалась вселенская печаль. — Удивительно, как она до этого
    столько без перерыва читала…
    Главный Герой сидел на камне и рассеянно наматывал на палец длин-
    ную волнистую прядь своих каштановых волос.
    — Дочитает она когда-нибудь или нет? — спросил он, бросив взгляд
    на соперника.
    — Экзамены у неё, учится, — Главный Злодей продемонстрировал
    согнутый интегралом меч.
    — Учится? — нервно переспросил Герой. — А это откуда? — он оттянул
    прядь, чтобы враг полюбовался.
    — Экранизация “Властелина Колец”, — пожал плечами Главный Зло-
    дей. — Она когда его читала, я Сауроном работал...
    — А шлем почему такой? С рогами?! — продолжал возмущаться Ге-
    рой.
    — Это из экзамена по истории, про викингов учила.
    — Но я же не викинг! И даже не скандинав! — в голосе Героя начали
    проявляться истерические нотки. Он шумно втянул воздух и вдруг запла-
    кал, опустив лицо в ладони:
    — Не могу так боооольшееееее…
    Главный Злодей вздохнул, пригладил длинную серебристую шеве-
    люру и усы и подхватил тянущееся снизу:
    — Я — ночной хулиган, у меня есть наган…
    — Права была мама, — перебил Герой, поднимая мокрое лицо от ладо-
    ней и обводя тоскливым взглядом окрестности: небо с солнцем и луной
    одновременно, дерущихся на склоне горы археоптерикса и тролля, сидя-
    щие рядом армии, одетые тевтонцами, тамплиерами, госпитальерами,
    викингами, русскими богатырями и даже самураями…
    — Права была мама, не надо девкам читать, у них от этого в мозгах
    полный беспорядок…
    Ухожу
    Всем охотникам за нечистью посвящается
    “Я ухожу, — думаю я. — Ухожу…”. Больше ничего не приходит в голову,
    даже синоним не могу придумать. Просто ухожу…
    … Раннее утро, неяркий свет, нарезанный ломтиками через жалюзи,
    дешёвое кафе, немногочисленные посетители, судя по глазам — не пони-
    мающие, что делают здесь в такое время. И официантка, прервавшая наш
    разговор, тоже не выглядит проснувшейся. Мы, наверное, слишком бодры
    для утра. И вообще не к месту здесь. По крайней мере — я. Блуза с корот-
    ким рукавом, чёрная юбка, туфли на каблуке — офисная работница, за-
    глянувшая выпить кофе по пути на работу. Вот только офисные работницы
    не войдут в кафе с до нечитаемости выцветшей вывеской, ободранными
    Поэзия и проза
    103
    стенами и косыми столами. И уж точно не станут пить местный кофе.
    Если, конечно, так можно назвать эту коричневую бурду. И, наверное, нор-
    мальная офисная работница никогда даже не заговорит с молодым чело-
    веком, что сидит напротив меня…
    Заросший щетиной, с кругами под глазами и перечёркивающим ле-
    вую бровь шрамом, одетый в кожаную куртку в жаркое утро, ты едва ли
    произведёшь хорошее впечатление на романтичную офисную девушку…
    Ну и дура она, эта романтичная офисная девушка. Только так и может
    выглядеть современный принц.
    Тебе стыдно. Вижу, что тебе дико стыдно за это кафе, будто сам довёл
    до такого состояния. Дико стыдно, что ты не можешь привести меня в рес-
    торан, стыдно, что ты слишком похож на среднего посетителя этой забега-
    ловки. И знаю, что бесполезно что-то говорить и как-то переубеждать, стыд
    в глубине твоих глаз никуда не исчезнет. Наверное, это одна из тех вещей,
    которые и делают тебя прекрасным принцем. Впрочем, твои глаза — воп-
    рос отдельный. Я с детства люблю музеи, картинные галереи и ещё очень
    многое из того, что зовётся искусством. Но не видела ничего красивее тво-
    их глаз. Зелёные, очень зелёные глаза, которые пошло сравнивать с изум-
    рудами, — слишком тёплые, слишком добрые, слишком родные.
    “Уйду”, — повторяю заклинанием. Сижу, опираясь локтем на стол,
    подпирая щеку кулаком, мизинец — у губ, чтобы не дать мыслям превра-
    титься в слова.
    Ты что-то говоришь. Не могу сосредоточиться на словах, отвлекаясь
    на движение губ. Улыбка между предложениями слишком милая, чуть
    смущённая, — вовсе инородное тело на кажущемся свирепым лице. Я знаю
    все возможные изгибы и движения твоих губ. Но это не мешает. Совсем не
    мешает засмотреться. Да и неважно, что ты говоришь — там нет ни слова
    о том, где ты был эти полгода и что делал. Может, случайные имена или
    названия, которых лучше не знать, не помнить, чтобы не искать потом
    ночами в Сети. Ты когда-то предлагал присылать мне открытки отовсюду,
    где бываешь. Но я отказалась. Мне безумно хотелось согласиться, но я вдруг
    представила, что однажды открытки не будет в почтовом ящике. Неделю
    не будет, месяц, год… Нет, не надо открыток!
    Твои руки — перед тобой, на столе, в “замок”. Расцепляешь пальцы,
    чтобы автоматически, увлёкшись собственным рассказом, провести по
    запястью, слегка отведя рукав куртки. Три ровные, подживающие цара-
    пины. Наклоняюсь ближе и тянусь пальцами:
    — Как же ты так?
    — С бродячим котом подрался…
    Накрываю ладонью твой вдруг сжавшийся кулак. Врёшь. Моему коту
    два года — я знаю о царапинах всё. И ты знаешь, что я знаю. Ничего не
    спрашиваю. И совсем не хочу знать, какие ещё причины сидеть в куртке в
    душном зале.
    “Уйду. Уйду…”.
    Ты появляешься в моей жизни как тайфун — всегда внезапно. С ка-
    ким-нибудь глупым приветствием и пачкой шуток, которым смеюсь, хоть
    и хочется плакать. И уходишь, оставляя разрушения и хаос. Каждый раз
    всё с ног на голову. Но ты надёжен как скала. Знаю, что на помощь ты в
    мгновение ока примчишься с другого края света, знаю, что вытащишь, во
    что бы то ни стало, вытащишь хоть из Ада, знаю, что придумаешь выход из
    Поэзия и проза
    104 Поэзия и проза
    любой ситуации. Знаю, что о самых глупых моих проблемах ты будешь
    слушать безропотно, даже разбуженный в три утра. Я знаю, отлично
    знаю. Но, просыпаясь ночью от кошмаров, я только смотрю на твой но-
    мер в списке контактов. И никогда не позвоню… Потому что не знаю,
    что со мной будет, если ты не ответишь. И не перезвонишь на следую-
    щее утро, и потом…
    Твои шрамы… С каждым разом их всё больше, спина уже похожа на
    карту звёздного неба из детского учебника. Как-то раз ты прихрамывал.
    Как-то раз — берёг руку. И всегда делал вид, что всё нормально. Будто я
    могла не заметить выражения твоего лица, когда заденешь локтем косяк
    или неудачно переступишь. Но я делала вид, что не заметила. И когда ты
    появился на пороге с подбитым глазом, всё время пытаясь повернуться
    здоровой половиной лица, я вновь делала вид, что не заметила, с упор-
    ством, достойным лучшего применения. Я не хочу знать. Совсем не хочу.
    Потому что от этого, что бы оно ни было, тебя не оградить — не дашь.
    Ведь ты срываешься с места по телефонному разговору на пару секунд,
    прямо в ночь, ещё толком не сумев проснуться. Или — зацепившись мыс-
    лью за что-то в газете посреди завтрака, оставив откушенный бутерброд и
    нетронутый чай…
    Это яд, пусть и сладкий, но яд. Яд смертельный и не имеющий проти-
    воядия. Яд…
    Сегодня у тебя нет времени ни на что, кроме коротких посиделок в
    кафе. Ты даже не успеваешь подвезти меня, и в глазах вспыхивает с новой
    силой, погасшее было, чувство стыда. А я, прощаясь, слишком долго не
    могу расцепить рук и отпустить. Отпустить страшно, а ещё страшнее —
    что ты расслышишь это “ухожу”, бьющееся в голове.
    — Я ухожу, а уезжаешь ты. Смешно, — говорю я ровно, когда машины
    уже не видно из-за поворота. Глупость. Просто мне хочется проверить го-
    лос. Всё нормально с голосом, просто замечательно. Никто в офисе и не
    заметит ничего. Впрочем, какой офис? Вчера был последний день рабо-
    ты, а послезавтра у меня поезд.
    В ближайшем магазине меняю номер телефона. Всё, я ушла, ты —
    уехал. Вот только у моего кота твоё имя…
    г. Астана.

    Категория: Проза | Добавил: Людмила | Теги: Литературный клуб «Пегас»
    Просмотров: 1072 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]