Главная | Регистрация | Вход
Литературная Алма-Ата
Поделиться
Меню сайта
Категории раздела
Проза [87]
Сказка [10]
Поэзия [52]
Новые материалв
[05.03.2007][Проза]
Вовка (2)
[05.03.2007][Проза]
Тайна старинного портрета (0)
[05.03.2007][Проза]
Моя вторая половинка. (1)
[05.03.2007][Проза]
Индикатор любви (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Дешифратор сигналов (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Россия.]
ГОГОЛЬ, УКРАИНА И РОССИЯ (0)
[23.03.2007][Проза]
НЕ О ЛЮБВИ (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Продолжение следует... (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Карнавал в вихре красок (1)
[05.04.2007][Проза]
Мечтатель (0)
Вход на сайт
Поиск
Наш опрос
Читаете ли вы электронные книги?
Всего ответов: 308
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Главная » Статьи » Самиздат » Проза

    Наша Юлия. Часть II
    ГЛАВА СЕДЬМАЯ
    Дима Иванов

    Каждый день этого ребёнка провожала и встречала со школы собака по кличке Лесси. Она точно знала, когда заканчиваются уроки, и уже к окончанию их сидела напротив окон, выходивших во двор. Именно, тех, где шли занятия 1 «А». Как срабатывали её биологические часы, оставалось только удивляться. Это был пудель чёрного окраса, с чёрными глазами-бусинками, очень подвижный, почти повторяющий настроение своего хозяина. После того как Дима забегал в класс и усаживался на своё место, отодвигал портьеру и махал рукой собаке, только тогда она, видимо, убедившись, что всё в порядке, покидала свой пост и отправлялась домой.
    Мальчишки в классе по-доброму завидовали этой дружбе, каждый старался погладить собаку, но она давалась в руки только с разрешения хозяина. Родители всегда были спокойны, провожая мальчика в школу, потому что Лесси шла рядом.
    Подходил к концу последний урок. Осталось записать домашнее задание на завтра.
    Дима по привычке выглянул в окно, но на положенном месте собаку не увидел и звонкого лая её тоже никто не услышал. Это всех насторожило. Прозвенел звонок, а собака не появилась.
    – Дима, что-то запаздывает твой пудель? – спросила Юлия Юрьевна.
    – Сам не могу понять. Ведь всегда сидела и ждала меня. Дверь дома если закрыта, так она в форточку вылезала, но меня обязательно со школы встречала, – ответил обеспокоенный мальчик.
    – Наверняка – её задержали какие-то важные свои дела, – улыбнувшись, сказала учительница, чтобы успокоить мальчика.
    – Димка, давай ты её будешь ждать здесь, а мы сгоняем к тебе домой! – предложили мальчишки. – Только ты никуда пока не уходи!
    – Хорошо! Я останусь, только вы быстрее! – Бабушка должна быть дома.


    Так мальчишки и сделали. Вскоре они вернулись, но ничего утешительного сказать не могли.
    – Дим, нет её нигде! – Мы уже и к магазину бегали, и на речку. Бабушка тоже не знает, куда она могла деться, сказала, что Лесси, пошла тебя встречать!
    Теперь и Юлию охватило беспокойство. Эта собака и её ученик были неразлучны, порой она вела себя как человек, во всём и всегда слушаясь Диму.
    «Неужели кто-то украл?» – подумала Юлия. Недавно рассказывали, что видели «добрых молодцев», отлавливавших собак.
    – Её украли, – прошептал, догадавшись, Дима.
    – Но ведь все в посёлке знают, что это твоя собака. Давай еще немного подождём! – предложила Юлия.
    – Ждать больше некогда, нужно искать, и чем быстрее, тем лучше! – решительно возразил Дима.
    – Дети, сделаем так: – сейчас я схожу к соседям – пятиклашкам, и они напишут для нас объявления, а мы с вами расклеим их, где только можно! «Пропала собака. Окрас чёрный, пудель. Просим всех, кто её видел, обращаться по адресу: ул. Нижняя, дом 5. Вскоре Юлия Юрьевна вернулась с толстой пачкой написанных объявлений.
    – Теперь за работу! Возьмём клей, расклеим объявления у магазина, на почте, на двух остановках, возле школы, возле библиотеки. Всем ясно? – спросила учительница.
    – Да! – почти хором ответили дети.
    – А тебе, Дима, нужно идти домой. Сейчас ребята объявления расклеят, и приходить будут к тебе домой, а не в школу. Давай я тебя провожу. Бабушка у тебя старенькая, ходит с палочкой, наверное, уже давно волнуется, и ждёт тебя дома! Будем надеяться на лучшее.
    Пока они шли до его дома, мальчик оборачивался на каждый лай собаки и в каждой встречной так хотел увидеть только своё родное, чёрное, кудрявое длинноухое существо.
    – Бабушка, Лесси не возвращалась? – с порога спросил Дима по приходу домой.
    – Нет, внучек, не приходила! – огорчённо ответила бабушка.
    – Проходите, Юлия Юрьевна! – обратилась старушка к учительнице. – Дима, надо ждать. Прошло ещё очень мало времени, садись, поешь, а надеяться всегда надо. Она у нас умница, обязательно придёт! Вот увидишь! – утешала бабушка внука.
    – Действительно, Дима, давай подождем, – поддержала учительница, практически не веря тому, что говорила.
    Прошла ночь. Юлия несколько раз звонила родителям мальчика, но ответ был один: «Нет, не приходила!».
    Утром возле школы она увидела Димину маму.

    – Юлия Юрьевна, Дима заболел! Температура почти сорок и ничем не сбивается. Доктор сказал, что это температура неврологическая, – озабоченно сказала женщина.
    – Спасибо, что предупредили! Передайте Диме, мы обязательно будем искать его Лесси. Пусть только скорее поправляется.
    На дверях её класса была записка, предназначенная ей, Юлии Юрьевне.
    «Мы все пошли искать Лесси. Скажите директору, чтобы вас не ругал.
    Ваш первый «А». Чекмарёв Юра».
    К её классу уже направлялся Виктор Павлович.
    – Да, Юлия Юрьевна, с вашим классом не соскучишься! Я всё знаю! Скажу, чтобы сегодня опросили шофёров автокомбината. Может быть, кто-то видел на рейсовых автобусах, собака ведь очень приметная, красивая.
    – Юлия Юльевна! Юлия Юльевна! – этот голос нельзя было спутать ни с чьим из её первоклашек – это был голос Юры Чекмарёва.
    – Вот, смотрите, в кустах нашёл! – Возле автобусной остановки совсем недалеко, – и он протянул ошейник Лесси. – Видите, здесь ещё табличка: «Собака Лесси. Если потеряется, сообщить по адресу: Нижняя, д. 5».
    – Сомнений не остаётся, Юлия Юрьевна, собаку действительно украли! –покачал головой директор.
    – Я в автоуправление. Соберите класс, пожалуйста! Дети не должны пропускать занятия.
    – Хорошо, Виктор Павлович! Я поняла! – ответила Юлия Юрьевна.
    – Мне за девочками сгонять? – А мальчиков я сейчас всех соберу,– с готовностью откликнулся Юра.
    – Я на тебя надеюсь, Юра! – ответила учительница.
    – Тогда я побежал...
    Весь класс собрался довольно быстро.
    – Нам Юра уже всё рассказал. Юлия Юрьевна, мы сможем её найти?
    – Не знаю, ребята, не знаю... Виктор Павлович поехал в автоуправление, будем надеяться, что Лесси вспомнит кто-нибудь из водителей автобусов. А вечером нам надо будет проведать Диму. Но прошу вас, о найденном ошейнике ни слова. Эта новость может ещё хуже сказаться на его состоянии, – предупредила своих первоклашек учительница.
    – Да что вы нас совсем маленькими считаете? Обидно, Юлия Юрьевна! – ответил за всех всё тот же Юра Чекмарёв.
    – Ладно-ладно. – А сейчас нужно всем сосредоточиться и начать заниматься. Не знаю только, как это у нас с вами получится. Открывайте тетради! Будем с вами заниматься математикой.
    – Юлия Юрьевна, а давайте проведём урок рисования, – неожиданно предложили Толя и Игорь. – И пусть каждый из нас нарисует своих домашних питомцев, тех, кто очень дорог нам. А потом про каждого нам всем расскажет. Правда, ведь это будет очень интересно?
    – Что ж, хорошая идея! Потом мы свои рисунки вывесим в фойе школы. И быть может, если кто-то обижал до этого времени своего маленького бессловесного друга, теперь навсегда задумается о неправильном своём поведении. Им всем, большим и маленьким, нужна поддержка и внимание каждый день, – сказала Юлия Юрьевна. – Альбомы для рисования я сейчас вам раздам, берите карандаши и краски. И за работу! – подбодрила детей учительница.
    Это был самый лучший урок в её практике. Сколько нового она узнала и о попугаях Кешке и Гульке, о хомячках, о собаках, о котах и кошках, о корове и о голубях, о лошади со странной кличкой «Краюшка»? Каждый рисунок автор комментировал смешным случаем или потешным рассказом.
    Когда директор школы возвратился из автокомбината, сразу же сообщил Юлии Юрьевне обнадеживающую новость.
    – Один из водителей сказал, что видел парня с собакой. Ещё весь салон автобуса обратил внимание на то, что собака всё время подвывала и не слушалась хозяина: кусалась, рвалась из его рук. И порода собаки совпадает – пудель лохматый, черный с длинными ушами. – Теперь бы найти этого негодяя! Но как? Мы с вами знаем только остановку, на которой он вышел. А где живёт, он и куда пошёл дальше, – увы, тайна за семью печатями. Найти будет трудно, – сказал Виктор Павлович. Попробую подключить участковых, может быть, они нам помогут.
    – Ребята! Появилась маленькая надежда! – вернувшись в класс, объявила учительница. Лесси видели в автобусе, – и Юлия пересказала детям весь их разговор.
    – Юлия Юрьевна, если она его кусала и в руки не давалась, он просто выкинет её. Лесси и к нам шла только с разрешения Димки. Или он попытается её продать на рынке, или отдаст кому-нибудь. Только бы он её не убил, – рассуждали мальчишки.
    – Давайте с родителями мы подежурим в этом районе, а другие пусть на рынке, где всяких зверушек продают, надо сказать Димкиным родителям об этом тоже, – предложил Юра.
    – Хорошая мысль, молодец! – похвалила его Юлия. – Сегодня все поговорите дома: кто из ваших родителей сможет нам помочь в этом непростом деле. А завтра вместе с ними двумя группами будем продолжать поиски.
    Но и следующий день ничего утешительного не принес. Никто такого парня, как его описал водитель автобуса, в районе поиска не встречал. Не появлялся он и на « птичьем рынке». Лесси как в воду канула. Расстроенные ребятишки приуныли, очень переживали за Диму, состояние которого из-за сильного нервного потрясения не улучшалось, и ещё два дня после занятий в школе, продолжали поиски.
    Заканчивался последний четвёртый урок. И вдруг все услышали знакомый лай за окном.
    – Это Лесси! Это Лесси! Это Лесси! Юлия Юльевна, она вернулась! Посмотрите, она, как и прежде, пришла встречать Димку со школы, – радостно загалдели дети.
    Все выбежали из класса, бросились к собаке, окружив её плотным кольцом. Шерсть пуделя скаталась, на шее висел обрывок какой-то верёвки, собака рычала и не подпускала к себе ребят. А глаза её искали только одного человечка, к которому она, визжа и ласкаясь, бросилась бы немедленно в руки.
    – Мы за Димкиной мамой, – сообразили Толя и Юра.
    – Хорошо! Бегите быстрее! Нужно скорее сообщить эту новость Диме. Пойдём, с нами, Лесси! Пойдём! Никто не сделает тебе ничего плохого! – уговаривала её учительница.
    И собака поняла, сильно прихрамывая на ногу, она поплелась за детьми. В классе ей налили в чашечку воды, мальчишки сбегали в столовую и принесли пирожки, но собака от еды отказалась – из чужих рук ничего не брала, но воду вылакала с жадностью.
    – Мама Димку несёт. Она с ним по ступенькам крыльца поднимается, – закричали девочки.
    И действительно, через минуту дверь в класс открылась и Димка, бросился к собаке. Та, скуля и повизгивая от безмерного счастья, облизала ему лицо, руки, глаза, нос. А Дима целовал её, обнимал, гладил, шептал ей самые ласковые слова, какие, наверное, знал на этом свете, до конца ещё не веря, что его Лесси нашлась, что вот она, совсем рядом, рядом с ним его любимица, самый лучший друг на свете...

    ГЛАВА ВОСЬМАЯ
    Олег Кочетков
    Родители Олега объявили ему о том, что скоро у него появится маленький братик. Но мальчика эта новость не обрадовала, а сильно расстроила, и он решил поделиться своим горем с учительницей.
    – Юлия Юрьевна, они мне сказали: «Мы так любим тебя, ты такой хороший мальчик, что мы с папой решили – пусть у нас будет ещё один сынок, такой же, как ты. Ты тоже его полюбишь. Это будет твой братик. Ты будешь им гордиться. И он всегда будет с тобой играть... Но я понял, что они меня совсем не любят. Ведь если бы любили, то не стали бы заводить другого сына. Наверное, я им не нравлюсь, поэтому они хотят сменить меня на нового ребёнка, – откровенничал обиженный Олег.
    Юлия Юрьевна слушала его, рассуждения по- детски наивны и неправильны, но не считаться с мальчиком нельзя и надо понять его переживания. Ведь и в самом деле горько делить материнскую любовь. По собственному опыту ребёнка делить – значит получать меньше (как при делёжке яблока). Сам по себе «делёж» мамы с кем-то ещё уже не нравится ребёнку, а мы рассчитываем, что он будет радоваться! И это вопреки всякой логике. Конечно, о скором рождении младшего брата родители Олега могли бы объявить ему мягко и тактично. Нужно было предвидеть, что у сына ещё много незаданных им, родителям, вопросов и много мучительных сомнений.
    « Я должна помочь ему пережить этот кризис, справиться с этим трудным для него душевным переживанием», – решила учительница, а в слух сказала:
    – Ты только не беспокойся сейчас ни о чём. Давай сегодня поговорим все вместе: ты, я, твои родители. Думаю, все вместе мы скорее поймём друг друга.
    – Они просто не захотят с нами разговаривать. – Станут ругать меня ругать, что я всем всё рассказываю. А я не всем – только вам! – ответил Олег.
    – И всё-таки домой после уроков пойдём вместе. Всё будет у нас замечательно! И ты сам это скоро поймёшь! – подбодрила его Юлия Юрьевна.
    Она увидела, как немного повеселели, опечаленные глаза мальчика. И поняла, как ему было важно выговориться сейчас, доверить свою тайну человеку, который бы его понял, посоветовал, выслушал...
    После уроков они пошли через парк – так до дома Олега было намного короче. По пути им встречались мамы, прогуливающие своих малышей в колясках и без них, старшие сёстры и братья важно вышагивающие, потому что им доверили поухаживать за младшими братиками и сестричками.
    – Посмотри, как они все заботятся о малышах! Нас у мамы тоже было двое. Я старшая, а брат на два года был меня младше. В садике и школе я всегда за него заступалась. Поверь мне, он всегда и всюду был со мной. Мама работала, а я заботилась о нём. Разогревала обеды, кормила его, потом вместе ждали маму. Почти никогда не ссорились и никогда не дрались между собой. Мама каждого из нас любила и никогда никого не выделяла. Если конфеты, то обязательно поровну, если игрушки, то каждому. А если ругали кого-то из нас, то другой обязательно заступался, и мама тогда ругала меньше, – оживленно рассказывала Юлия Юрьевна Олегу.
    – А сейчас он где? Почему не с вами? – заинтересованно спросил мальчик.
    – Он вырос, служит на границе, стал офицером, – с гордостью ответила Юлия Юрьевна.
    Так они подошли к дому Олега. Навстречу вышла его мама.
    – Юлия Юрьевна!- удивилась она. – Что случилось? Неужто Олежка чего-то натворил?
    – Нет-нет, ничего не случилось, не беспокойтесь, – ответила Юлия Юрьевна.
    – Я буду тебе нужен, когда родится мой братик? – напрямую спросил у матери Олег. – Ты не перестанешь меня любить?
    – Олежек, о чём ты? Не понимаю... – и она растерянно взглянула на учительницу.
    – Елена Игоревна, лучше позволить ребёнку вслух выражать те чувства, которые он испытывает, чем знать, что он мучается и страдает один, молча... У вас будет ребенок? Я вас поздравляю! – начала разговор Юлия Юрьевна.
    – Теперь я всё поняла. Олег, братик принесёт нам не только радость, но и потребует от нас новых забот. И я очень надеюсь на тебя, на твою помощь. Ты можешь подумать, что я забуду про тебя – станешь ревновать братика ко мне, когда он родится? Тебе покажется, сынок, что я люблю только братика, а тебя разлюбила. Если вдруг тебе покажется сынок, что я люблю тебя меньше, чем братика, ты обязательно скажешь мне об этом, ладно? Мы ведь всегда были с тобой друзьями. И ничего никогда друг от друга не скрывали. Как я смогу жить без тебя, даже если вас будет трое и четверо? Ты будешь первым, у кого я попрошу помощи, когда родится твой братик, – ласково объяснила Олегу мама.
    – Мамочка, я так тебя люблю! И Юлию Юрьевну тоже! – порывисто воскликнул мальчик, прижавшись к матери.
    – Вот видишь, мы во всём разобрались, Олег! Теперь ты убедился, что мама тебя любит? – спросила учительница.
    – Да. И я рад, что она мне это сама сейчас сказала, а не промолчала.
    – Не бойтесь беседовать с вашим сыном, Елена Игоревна! Наши с вами добрые слова только принесут пользу, они выразят понимание детских чувств. Олег очень чувствительный мальчик, и от нас с вами, взрослых, зависит: будет ли огонь ревности будет тихонько тлеть или же вспыхнет до самых небес. До свидания! Я рада, что этот разговор у нас с вами состоялся! – с облегчением сказала Юлия Юрьевна. – Надеюсь, мы поняли друг друга.
    – Спасибо, вам, большое! Вы не учительница, а просто клад! Как вы находите подход к ребятам? Остается только удивляться!– растроганно ответила ей мама Олега, провожая её до калитки.

    ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
    Павлик Корольков

    – Сегодня иду к папе, – сообщил Юлии Юрьевне Павлик. – Он после уроков меня встретит, и мы с ним поедем в город. Я так давно хотел пойти в зоопарк или покататься на лодке по реке. А ещё мы с ним играем в разные игры, в которые мама играть не умеет: например, в «солдатиков» или в «обезьянок», в « жирафа», в «войнушку».
    О том, что супруги Корольковы развелись, Юлия Юрьевна узнала, когда знакомилась с личными делами её класса. Из беседы с матерью она выяснила, что Павлик обычно проводит с отдельно проживающим отцом выходные дни. Такой порядок был установлен после развода родителей. По счастливому лицу мальчика Юлия Юрьевна поняла, как важна для него эта встреча. И непременно Павлик расскажет отцу о накопившихся за неделю детских новостях. Лишь вечером отец привезёт его обратно домой. Вот уже несколько месяцев они встречаются таким образом.
    После того как родители разошлись, отец ушёл из дома, а вместо него появился какой-то дядя Коля, который стал новым мужем его матери.
    – Сначала мама совсем не хотела меня отпускать к папе, но теперь всё изменилось к лучшему, – сказал учительнице Павлик. – Теперь я с ним встречаюсь каждое воскресенье, – он счастливо улыбнулся.
    После уроков мальчик несколько раз выглядывал в окно, не появился ли отец. Но к положенному сроку за мальчиком пришла мама. Увидев недовольное лицо сына, она с нескрываемой досадой вполголоса произнесла: «Когда же это всё, наконец, кончится?»
    Потом подошла к сыну, присела перед ним и, глядя ему в глаза, спросила:
    – Павлик, ты очень хочешь сегодня встретиться с отцом?
    – Да! Очень! – ответил ей сын.
    Учительница, наблюдая за этой сценой со стороны, заметила, что на лице матери одновременно отобразились сожаление и негодование.
    – Ну что ж, покупку велосипеда придётся отложить...
    – Велосипеда? – поразился Павлик.
    – Да, сегодня мы хотели поехать за ним в «Детский мир». Но без тебя покупать его нельзя, ты сам должен выбрать велосипед, который тебе понравится.
    От волнения у мальчика даже в горле пересохло. О велосипеде, как догадалась учительница, он мечтал давно. Но ведь для этого надо отказаться от встречи с отцом которой он думал целую неделю?.. И радость, только что переполнявшая его померкла...
    – Зачем вы так, Вероника Владимировна? Не лишайте удовольствия ребёнка от общения с отцом. Нельзя ли купить этот велосипед в другое время, – спросила мать Павлика Юлия Юрьевна.
    – Когда своего будете иметь, тогда воспитывайте, – огрызнулась та.
    – Прошу вас, давайте поговорим за дверью, – тактично попросила Юлия Юрьевна.
    – Отчего же, можно и поговорить! – согласилась она, и первая вышла за дверь.
    – Вероника Владимировна, не обижайте сына. Ему вы нужны оба. Он так ждёт отца и очень любит вас. И я не думаю, что ради заманчивой покупки Павлик способен отказаться от встречи с отцом. Этим вы только травмируете ребёнка, но ни в коем случае не повернёте его в лучшую сторону по отношению к вам и вашему новому мужу. Я понимаю: в жизни бывает всякое. Но зачем же играть на детских чувствах? Можно представить, к каким последствиям приведут такие «эксперименты». Встречи с отцом превратятся в тяжёлую нагрузку на нервную систему ребёнка, и, в конечном счёте, отрицательно скажутся на здоровье Павлика. Да и на воспитании, к слову сказать, тоже – в его характере могут появиться неуравновешенность, вспыльчивость. Подумайте, прошу вас, над моими словами, – сказала Юлия Юрьевна.
    – Да, как ни грустно это сознавать, семейная жизнь у нас не сложилась, – подтвердила ей уже более спокойно Вероника Владимировна. – Может, не любили друг друга, а может, любовь и была, но по своей оплошности мы растеряли её в житейских неурядицах. Теперь всё это позади, мы чужие друг другу люди.
    – Но для Павлика вы остались матерью и отцом – и тот, кто живёт с ним вместе, и тот, кто ушёл из дома. И эту кровную, созданную самой природой связь, нельзя прерывать. И что бы ни произошло в семье, дети всегда должны сознавать и чувствовать, что у них есть мать и отец. Казалось бы, простая истина, но вы о ней немного забыли.
    – Да, я с вами согласна, Юлия Юрьевна! Простите меня за дерзость. Я была не права... Конечно, велосипед можно купить и в другой день...
    – Здравствуйте! – услышали они взволнованный голос отца Павлика. – Извините, небольшая поломка с машиной. А сынишка уже, наверное, заждался? – спросил он, подходя ближе. Это был высокий, симпатичный мужчина лет тридцати пяти, и у сына и у отца внешнее сходство было идеальным.
    – Да, он очень вас ждёт! – ответила Юлия Юрьевна.
    Она распахнула дверь.
    – Павлик за тобой пришёл папа, – и глаза мальчугана засветились благодарностью и великим счастьем. Он торопливо стал собирать тетради и учебники в свой ранец.
    Из окна учительница наблюдала за Павликом и его родителями. Павлик поцеловал маму в щёку, что-то ей сказал, и, довольный, вложил свою маленькую ладошку в крепкую ладонь отца.

    ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
    Леночка Михеева

    Эта девочка по красоте и по таланту выделялась среди всех детей класса. Светлые локоны вьющихся волос, большие небесной голубизны глаза, длинные пушистые ресницы, правильной формы нос и алые губы. Про таких детей говорят: «Не ребёнок, а игрушка!». Девочка никогда не расставалась с карандашами, красками и альбомом. Рисовала она, где только могла и на переменах, и после уроков дома, и тогда, когда её отец – профессиональный художник, брал дочку на этюды в окрестности Белореченска. Её работы были озарены необъяснимым светом и просто завораживали, порой даже думалось, что это рисовал маститый художник, а не семилетний ребёнок. И, как все талантливые люди. Девочка часто прибывала в своём только ей доступном мире. Юлия Юрьевна, видя, что Леночка опять « ушла в себя», старалась её не беспокоить. И тогда учительница решила обратиться к директору школы.
    – Виктор Павлович, я к вам по делу.
    – Что ж, заходите! Опять что-то стряслось? – спросил он улыбаясь.
    – Нет, пока всё хорошо! Очередное ЧП не произошло, не пугайтесь. А вам приходилось за свою учительскую биографию встречать очень талантливых детей? Просто очень- очень?
    – Все дети талантливы, только природный дар нужно заметить и развивать, Юлия Юрьевна. И как мы его с вами разовьём. Зависит полностью от нас и от родителей. Или вы со мной не согласны?
    – Я согласна. Но это не тот случай. Талант– вот он, на поверхности, ему только нужно дать, как росточку, подняться и превратиться в дерево. Я говорю, про Леночку Михееву, замечательную художницу из моего класса. Вы знаете, по-моему, у ребёнка большое будущее. И кому, как не нам помочь девочке раскрыться в своём творчестве.
    – Хорошо! И что вы хотите от меня? Рисунки её я видел, замечательные, – согласился директор.
    – Давайте, организуем выставку её работ сначала в школе, а потом, может, и в области, – предложила молодая учительница.
    – Выставку? Это интересно! Пригласим художников из областного центра. Вы разговаривали уже с девочкой, необходимо, во-первых, её согласие и родителей.
    – Пока не говорила, но думаю, она будет только этому рада.
    – Хорошо! Вы потолкуете с ребёнком и родителями, а я со своей стороны возьму на себя все дальнейшие хлопоты.
    Была перемена. Мальчишки, как всегда, гонялись друг за другом. Летели на пол учебники, рассыпалось содержимое пеналов и ранцев, вообще все изгоняли из себя маленьких чёртиков. Леночка же на последней парте рисовала что-то, не обращая внимания на шум и гам.
    – Леночка, – обратилась к ней учительница. – Согласна ли ты, чтобы мы в школе провели твою персональную выставку?
    – Юлия Юрьевна, – спросила девочка, – а что такое персональная выставка?
    – Это когда участвует в выставке только один художник, и его работы выставляются на всеобщее обозрение.
    – Теперь понятно. Вы хотите взять мои рисунки и показать всем?
    – Почему бы нет? Всем хочется увидеть, как ты чувствуешь и воспринимаешь мир. А то мы видели твои работы только на уроках рисования.
    Класс притих...
    – Хорошо, вам нужны рисунки о природе или портреты?
    – У тебя ещё и портреты есть?
    – Да, есть портреты мальчиков и девочек, всего нашего класса.
    – И ты молчала – спросил Юра Чекмарёв.
    – А я, какой у тебя?
    – А я? – послышались голоса детей с разных сторон.
    – Я завтра принесу все рисунки, Юлия Юрьевна, – согласилась Леночка.
    – А помнишь, ты рисовала мою Лесси? – спросил её Дима. Я завтра тоже принесу этот портрет. Он самый любимый у меня и моих родителей тоже.
    Выставку разместили в фойе на стендах. В самом центре повесили портрет Юлии Юрьевны – так захотела Леночка.
    – И когда же ты успела меня изобразить? На каком это уроке? – поразилась учительница.
    – Я не очень люблю математику, значит на ней! – простодушно призналась Леночка.
    Виктор Павлович, как и обещал, договорился с областным союзом художников. И, по словам Юры Чекмарёва: « Приехали какие-то бородатые дядьки в беретах и женских платках на шее». Все они очень хвалили девочку, восхищались её работами и что-то записывали себе в блокноты, разговаривали с отцом Леночки.
    И вдруг случилось самое неприятное: с выставки пропали четыре пейзажа и портрет. Леночка сразу заметила пропажу. Она не плакала, но состояние было близкое к этому.
    Юлия Юрьевна собрала класс и сообщила о пропаже.
    – Прошу всех подумать и вернуть картины, эти вещи не ваши, а вы все знаете, что чужого брать нельзя, – начала разговор учительница. – До этого у нас ничего не пропадало из класса, и я никогда даже и предположить не могла, что такое может случиться именно в моём классе, где все друг другу всегда доверяли. Это очень плохой поступок. Это, дети, воровство. Мне сейчас стыдно за того, кто это сделал. И самое страшное, что этот человек сейчас находится среди нас: слушает и совсем не переживает о случившемся. Надеюсь, мой сегодняшний разговор будет последним для того, кто это сделал. Завтра картины и портрет должны быть возвращены Леночке. Надеюсь, что такого рода разговор будет на моём и вашем веку последним!
    Повисла гнетущая тишина. Видно, как опустили плечики маленькие « воробушки» учительницы. И тут тишина лопнула...
    – Леночка, прости, пожалуйста, я тоже так хочу научиться рисовать, но совсем не умею. Картины и портрет взял я, – поднялся Петя Топольков.
    – Я попробую тебя научить, это совсем не сложно! – оживилась Леночка. Только нужно будет прийти ко мне домой, мы с папой подберём тебе по росту мольберт. Я тебе подарю краски и кисточки, хорошо отточенные карандаши. Хорошо, что ты сознался, Петя! Как говорит мой папа: « Всему можно научиться! Только было бы желание!». – Я правильно говорю, Юлия Юрьевна?
    – Правильно, Леночка! А ещё ты молодец, что не обижаешься на Петю! Он свой плохой поступок осознал, более того, он не затаился, а признался. Леночка, ты его простила?
    – Да, простила, и папе объясню, что никого не нужно ругать.
    Реакция класса была неоднозначна на этот поступок. Многие согласились с Леночкой, в основном девочки. Мальчишки же шумели и требовали наказания.
    – Успокойтесь все! Петя сам себя сейчас наказал и просит прощения у вас у всех. Постарайтесь в жизни уметь прощать. Тем более если, человек этот раскаялся. Вот что я посоветую вам, мои дорогие дети! – урезонила всех Юлия Юрьевна.
    После уроков Петя и Леночка пошли домой вместе. Наблюдая за ними. Молодая учительница сделала для себя ещё один вывод: « Мне достались какие- то необыкновенные дети. Очень взрослые, разумные, думающие...».
    А через месяц Леночка по переводу была зачислена в младший класс Строгановского училища. Как знать, и маленькому кораблю выпадет большое плавание.

    Глава одиннадцатая.
    Вася Лапов.

    «Лишить родительских прав...». За этой сухой юридической формулировкой всегда скрывается тяжёлая драма для ребенка. Подумать только, мать и отец, которые дали ему жизнь, отныне становятся чужими людьми. Он расстаётся с ними, возможно – навсегда. И помимо той свежей кровоточащей раны, которая вызвана горьким расставанием, ещё долго детскую душу будет обжигать мысль: почему другие дети живут с родителями, а он оказался один?
    «Может, и правда, слишком жестоко мы обрываем эту созданную природой кровную связь между родителями и ребёнком!» – размышляла Юлия Юрьевна, возвращаясь с судебного процесса. – Жестоко – да! Но вся беда в том, что эта мера вызывается необходимостью. Горько, тяжело Васе расставаться с родителями, но ещё хуже для него продолжать жить вместе с ними, терпеть их пьяные выходки, каждодневно страдать от незаслуженных обид и унижений. И ведь их не сразу лишили родительских прав, постоянное посещение Васиной квартиры стало для меня нормой за последние полгода.
    И то, как мальчик страдает, видел весь класс. Юлия Юрьевна была поражена его скрытностью, он страдал молча, почти замкнулся в себе. Мальчишки всегда охотно втягивали его в свои игры, но, играя, он старался не нарушать ни чьих правил, и никогда сам не был заводилой, слабо и вяло подчинялся другим. На уроках часто был рассеянным.
    – Васенька, что случилось? Мы договорились всё решать вместе! – всё чаще обращалась к нему Юлия Юрьевна.
    – Сегодня мне совсем плохо! Никогда меня никто так не называл, такими плохими словами...
    – Васёк, да ты толком скажи! Чем помочь-то? – спросил Толя Крунин.
    – Я думаю, мне теперь никто не поможет. Они выгнали меня из дома, потом мама сильно ударила меня по лицу, а самое главное – ни за что, – ответил Вася.
    – Юлия Юрьевна, мы готовы хоть чем-то помочь Васе. Только скажите, как и чем? Может быть, он у меня поживёт? Если его выгнали из дома? – предложил Толя.
    – Моя мама давно говорит, что такие родители не должны воспитывать детей! – сказал Дима. Мы живем с ними рядом и часто видим, как Васёк плачет, или прибегает к нам, скрываясь от своих родителей. Они постоянно кричат, и к ним ходят все пьяные и тётеньки и дяденьки.
    – Вася, сегодня ты можешь остаться ночевать у меня, – решила Юлия Юрьевна. А я постараюсь ещё раз переговорить с твоими родителями.
    – Не надо, а вдруг они вас обидят, как и меня? Не надо, Юлия Юрьевна!
    – Вася, за меня не переживай! Взрослые сильнее детей. Просто я должна с ними поговорить.
    – Я Вас предупредил, Юлия Юрьевна! – огорчился Вася.
    После уроков он пошёл к ней домой. Когда шли по парку, он рассказывал ей о своих невидимых друзьях – больших дубах и старых клёнах. Как лечит деревья дятел и какая умная птичка – синичка, о том, что он никогда не ломает ветки деревьев, потому что им очень больно, а из образовавшихся ранок может бежать сок: его ещё называют слёзы дерева. Юлия Юрьевна слушала, и радовалась насколько у этого мальчугана большое и доброе сердце.
    Придя, домой, она первым делом накормила мальчика и поняла, что ребёнок живёт впроголодь ест от случая к случаю, видимо, когда что-то появляется из продуктов дома.
    – Почему вы так на меня смотрите, Юлия Юрьевна? – спросил Вася.
    – Ты ешь. Ешь! Я люблю, когда хорошо едят. Моя бабушка очень любила всех деток кормить. Особенно у неё вкусными получались голубцы.
    – А какие, они бывают голубцы?
    – Как бы тебе объяснить?... Это такие котлетки с рисом, потом они заворачиваются в капустные листы и тушатся со сметаной, – сказала Юлия Юрьевна.
    – Нет, такие котлетки я никогда не ел, наверное, вкусно!
    – Вася, я сейчас схожу к твоим родителям, а когда вернусь, обязательно попробую их сделать. Только с условием: ты мне будешь помогать, а то они получатся невкусные, ладно?
    – Если Вы меня возьмете в помощники, я всегда готов! – обрадовано ответил ей мальчик.
    – А теперь садись и посмотри книжки или поиграй с моим котиком, пока я не вернусь.
    Жилище Лаповых найти было не сложно. Такого обшарпанного дома в Белореченске, пожалуй, не было ни у кого. Вместо стёкол фанера на окнах, двор большой, но весь заросший лопухами. Под ноги бросилась небольшая худющая собачонка. Учительница постучалась в дверь, и та просто распахнулась. В лицо пахнуло сильным запахом перегара. То, что увидела Юлия Юрьевна, ей не забыть никогда. Грязный пол, не мытый, видимо, с самого его настила, ободранные обои, на столе гора грязной посуды. В другой комнате она нашла хозяев! Пьяные, они храпели после очередной попойки. Разговаривать было бесполезно.
    Но Юлия Юрьевна всё-таки разбудила мать Васи. Та едва очухалась спросонья.
    – Мне нужно с вами поговорить. На очень важную тему.
    – Для меня, милочка, нет важных тем. Хочешь выпить? Так легко сразу становится, и ни о чём не думаешь, а дальше как кривая вывезет. Хочешь влево, хочешь вправо, а впрочем, всё равно куда. Так я не поняла: – Пить будешь?
    – Я пришла поговорить о вас и вашем сыне, – начала, Юлия Юрьевна.
    – Где, этот паршивец? Натворил чего? Уши точно оборву, как придёт. Вот стервец, все нервы мне вытрепал, и папаша его тоже.
    – Мы будем ставить вопрос о лишении вас родительских прав. Так больше продолжаться не может. Ваши постоянные попойки ни к чему хорошему не привели: сын отдалился, дом запустили, посмотрите на себя в зеркало: когда вы последний раз причёсывались и умывались? Не стыдно?
    – Рано тебе по годам меня стыдить. Что ты знаешь о моей жизни? Практически ничего. А сын, куда вы его определите, потом только спасибо скажу. Может, сестра моя, – Антонина, его возьмет. Она уже мне предлагала, да я её не послушала, думала, остановлюсь сама, но не смогла пить так, и не бросила, теперь уж точно не брошу. Ваську заберите, отдайте в хорошие руки, если сестра моя его не возьмёт, отдайте в детский дом, с меня толку не будет.
    – Какие невозможные вещи вы говорите! – ужаснулась учительница. – Вас страшно слушать, а уж оставлять с вами ребёнка ёще страшнее. Пока Вася будет у меня. Не ищите его и не травмируйте ребёнка.
    – И не собираюсь его искать. Больно нужен, как же... Может, всё-таки выпьешь?
    – До свидания! – Юлия Юрьевна закрыла дверь за собой.
    «Боже, какой ужас! Просто нет слов! Бедный малыш!» – эмоции переполняли её, а увиденное и услышанное настолько поразило, что не хватало слов, чтобы выразить охватившие её чувства. Как Бог даёт таким матерям детей?
    Когда она вернулась домой, Вася спал сидя, положив руки на стол, а кот сидел рядом и охранял его сон.
    Проснулся он поздно, Юлия Юрьевна его выкупала, отмыла добела и приготовила с его помощью диковинное блюдо «голубцы», которое Вася никогда не ел. Мальчик уплетал голубцы за обе щёки и нахваливал. За весь вечер он так и не спросил о матери.
    – Вася, ты хочешь жить у твоей тёти? – спросила его напрямую Юлия Юрьевна.
    – Да..., – ответил он, немного помолчав. – Она хорошая и никогда меня не ругает. А моя мама не будет против?
    – Нет, Вася, твоя мама не против. Она хочет, чтобы ты пожил у тёти.
    – А она сможет меня навещать? Без неё я то же не смогу, и без папки моего тоже. Жалко её. Я её уже простил. И не обижаюсь совсем. Мамка ведь! Плохо ей без меня будет. Даже печку некому растопить. Я уголь недалеко от железной дороги собираю и дрова, какие найду. Картошку ей сварю, но так бывает не всегда, если повезёт, или если соседка баба Таня угостит. Только я, не думайте, не ворую!
    – Ты делай, пожалуйста, уроки, а я посуду помою и в кухне приберу, – ответила Юлия Юрьевна. Начала хлопотать на кухне, а сама сокрушалась и удивлялась:
    «Откуда в таких детях столько сострадания? Сами мучаются достаточно, унижают их, обижают, от недоедания почти светятся, ощущают к себе полное безразличие со стороны родителей, и как, оказывается, любят и заботятся о тех, кто в первую очередь должен заботиться о них. Не понимаю. Просто отказываюсь понимать...».
    После того как инспектор по охране детства провёл тщательное обследование обстановки: встретился с соседями, поговорил с Юлией Юрьевной, директором школы – органы опеки и попечительства назначили Васину тётю – Антонину Петровну Солодовникову его опекуном. А судебный приговор:« Лишить родительских прав», – был оставлен без изменения. Интересы этого ребенка просто требовали, чтобы он жил в здоровой обстановке, и имел все условия для нормального и всестороннего развития, чего ни мать, ни отец Лаповы не в состоянии были обеспечить, и поэтому им не могли доверить воспитание Васи.

    Глава двенадцатая.
    Оксана Юрченко.

    ... Ещё вечером мать предупредила Оксану:
    – Завтра в школу не пойдёшь. Грех заниматься в такой день какими- либо делами. Господь Бог накажет.
    Оксана попыталась возразить:
    – А Юлия Юрьевна сказала, чтобы мы никогда не пропускали за

    Категория: Проза | Добавил: Elena (25.05.2010) | Автор: Елена Пономаренко E
    Просмотров: 386 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]