Главная | Регистрация | Вход
Литературная Алма-Ата
Поделиться
Меню сайта
Категории раздела
История и современность [13]
Юбилеи [12]
Критика и литературоведение [7]
Память [7]
Поэзия [19]
Переводы [7]
Проза [8]
Олша проза [31]
Олша поэзия [5]
Казахстанская фантастика [9]
Жизнь-театр [3]
Наши гости [6]
Дебют [1]
Детская литература [6]
Новые материалв
[05.03.2007][Проза]
Вовка (2)
[05.03.2007][Проза]
Тайна старинного портрета (0)
[05.03.2007][Проза]
Моя вторая половинка. (1)
[05.03.2007][Проза]
Индикатор любви (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Дешифратор сигналов (0)
[23.03.2007][Дайджест прессы. Россия.]
ГОГОЛЬ, УКРАИНА И РОССИЯ (0)
[23.03.2007][Проза]
НЕ О ЛЮБВИ (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Продолжение следует... (0)
[04.04.2007][Дайджест прессы. Казахстан.]
Карнавал в вихре красок (1)
[05.04.2007][Проза]
Мечтатель (0)
Вход на сайт
Поиск
Теги
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Главная » Статьи » Альманах "Литературная Алма-Ата" 2021 г. » Поэзия

    Марат ИСЕНОВ

    Марат ИСЕНОВ

    «Одна из интереснейших поэм Марата Исенова, которая ждала финальной редактуры и правок 16 лет. Пристальный взгляд внутрь города и истории, с особой оптикой, уходящей корнями (на мой взгляд) к Тадеушу Ружевичу - тому невероятному смешению

    интеллектуального и чувственного, которое позволяет раз за разом переживать текст и находить в нём новое. Рад во второй раз способствовать её публикации, первая версия была опубликована в журнале «Аполлинарий», где я служил редактором в тот момент,

    финальная - на «Полутонах». Рад, что читал этот текст одним из первых и тогда, и сейчас. Рад за всех, кто прочитает его впервые»

    Павел Банников

     

    ФОРМЫ ВЫВЕТРИВАНИЯ (фрагмент)

    Полубезумный фармацевт.

    В каком из кирпичных подвалов

    ты вывариваешь из слов

    густую клейкую массу

    для холода и паутины.

    То и другое очень необходимо

    беззвучию,

    столкнувшись с которым,

    мы обретаем собственные голоса,

    но совсем ненадолго. Совсем ненадолго.

    Рыжие псы снуют из тумана в туман -

    острый нюх и хорошее зрение,

    а ты ограничен пятью шагами, не больше,

    и наталкиваешься, допустим это,

    на молодого ирландца в козлиной шубе.

    «Проклятый призрачный город,

    поднявшийся изо льда и болот!» - начнет он

    восторженно…

    Останови его, поднеся палец к губам: тс-с-с,

    и шепни ему: «Ты заметил, как мы стареем?

    Как все мы чертовски здорово здесь

    стареем?»

    На Сытном рынке приезжие

    торгуют брюквой,

    репой и другими

    этнографическими овощами.

    Раньше мне казалось,

    что все это растет только в книжках.

    Рыжие бездомные псы

    снуют из тумана в туман,

    иногда задирая морды вверх,

    туда, где висят Каракозов с Кибальчичем.

    «Не слишком доверяй этой войне.

    Помни, что выживают коллаборационисты.

    Слово сложное, но ты видишь сам:

    это не вода, это тьма движется к морю,

    а море вечного серого цвета,

    это оттого, что очень много писем

    оказались пустыми.

    Осколок авиабомбы срезал мне рот,

    и с тех пор я только и делаю,

    что воспроизвожу ее рев».

    Ночью на Марсовом поле

    в земле Котя Мгебров

    плачет и шепчет:

    «Товарищ Урицкий, дядя Урицкий,

    они больше не верят

    в наш пролетарский театр».

    Главный чекист молчит.

    В простуженной выстрелом голове

    отстраненное веянье декаданса.

    Он ждет Тухачевского, лечащего от

    безмолвия.

    Догоняющий день за днем

    свою длинную тень.

    Сигарета во рту.

    На каждом зрачке

    по осколку отколотой тьмы.

    Наблюдая за кардиограммой

    нуля между телом и эхом,

    продолжаешь взрослеть утомительно.

    «Здравствуй, ты существуешь

    там, где я не бываю…».

    Если это не чудо, то очень похоже.

    Молитва не умолкает уже шестое столетье.

    Эрмитаж, католические залы Италии.

    Дученто, Треченто, Чиквиченто - птичий щебет.

    Пьета из бежевой терракоты,

    цветная эмаль стерта потоком времени,

    кое-где лишь осколки цвета.

    Из чистого любопытства я заглянул за

    скульптуру,

    и увидел отпечатки пальцев неизвестного

    скульптора

    на плаще Богоматери.

    След от лучистого ордена

    на мундире французского генерала.

    «Чей он?» - спросил я у старой женщины,

    дремавшей на венском стуле.

    Ожеро, Ней, Груши, Удино или Мюрат,

    генералы, маршалы - ошибка не исключена.

    Очнувшись, она встала, подошла и

    вгляделась

    в синий мундир, как опытный мастер портной в

    клиента,

    и ответила, что это его

    его самого.

    - Я был олень! - кричит он,

    а потом пьет и грязно ругается.

    - Уйду умирать в ущелья осени!

    Пусть мои кости укроет листва!

    - Ты не олень, позволь тебе возразить, -

    говорю я, а потом тоже грязно ругаюсь,

    только не пью, потому что устал

    от североамериканской романтики,

    постбитничества и похабных соревнований

    а это ночь, похоже, уже нескончаема…

    Категория: Поэзия | Добавил: Людмила (05.07.2021)
    Просмотров: 60 | Теги: Марат ИСЕНОВ | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]