Главная | Регистрация | Вход
...
Поделиться
Меню сайта
Категории раздела
Литературное наследие [8]
Современные проза и поэзия Каз-а. [6]
Господа писатели! Здесь каждый из вас может здесь опубликовать электронный вариант свой книги.
Литературная учеба [7]
Самиздат [16]
Книги посетителей сайта
Вход на сайт
Поиск
Наш опрос
Читаете ли вы электронные книги?
Всего ответов: 294
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Главная » Файлы » Наша библиотечка » Самиздат

    Cаша
    21.03.2016, 10:22
    С А Ш А

    « … и ничего не будет невозможного для вас».
    Евангелие от Матфея,17:20.

    С вершины высокой горы Саше открывалась необъятная долина, освещенная призрачным голубым светом. По долине, появляясь откуда-то издали и, описывая у подножия дугу, спокойно и величаво текла широченная река, синие воды которой казались холодными и безжизненными. Лишь яркая лента зеленых островов резко выделялась на этом первозданном фоне и приятно радовала глаз. Также ей показалось, что при удивительной внешней схожести острова отличаются каким-то внутренним своеобразием. Вглядываясь в эти живые кусочки суши, она обратила внимание на розовое мерцание посреди одного из них, лучи от которого разбегались по всему острову. И вдруг, оттуда донесся громкий и отчаянный крик: «Саша, помоги нам! Помоги!!!» От неожиданности она вздрогнула всем телом и, очнувшись от короткого сна, открыла глаза.
    Мягкий свет из овального плафона разливался по высокому потолку и струился вниз по белым стенам небольшой больничной палаты. Было тихо, но в этой тишине, казалось, еще плавали отзвуки того голоса. Тяжело вздохнув, Саша провела ладонью по коротко стриженым волосам, затем протянула руку и взяла с тумбочки зеркало. В нем отразились беспокойные серые глаза, высокий лоб, бледные потрескавшиеся губы и заострившийся носик меж впалых щек. Саша сделала гримасу – некрасавица. Она вспомнила, как выглядела всего месяц назад, огорченно вздохнула и медленно отвела взгляд. Рядом, как всегда, стояла капельница, чуть поодаль - электронный прибор с цветными клавишами и серым экраном, а через проход на такой же железной кровати с колесиками лежала ее «подруга по несчастью» темноволосая болтушка Катя.
    -Проснулась?- живо спросила та.- Глянь, какую бандану принесла мне сегодня мама. На ней такие прикольные рисунки, правда? Потом, когда отрастут волосы, я буду носить ободок, широкий, разноцветный с бусинками, я видела такой у одной девочки, она мне сказала, где можно купить,- и Катя, часто сглатывая слюну, принялась горячо толковать о новомодных вещицах, которые встречаются в магазинах бижутерии.
    Еще некоторое время назад этот разговор был бы интересен Саше, но не теперь. Она смотрела в сторону Кати, а думала о другом: о консилиуме, который состоялся днем, и где врачи бодрыми голосами уверяли ее, что все идет хорошо (но она то знала, что это не так); о маме, стоящей в это время у ее кровати и, судорожно стискивающей сумочку; о себе, потому что все это для ее 12 лет, было несправедливо и страшно. Холод обреченности саднил грудь, сдавливал горло. Саша судорожно вздохнула и посмотрела за окно палаты на притихшую вечернюю листву деревьев, на грустное закатное небо.
    -Эй, подруга, очнись, ты совсем меня не слушаешь?- окликнула ее обиженным голосом Катя.
    -Слушаю, Катя, слушаю, только неважно себя чувствую,- сдавленно ответила Саша и подтянула под себя ноги.
    Из-за поднявшейся температуры ее начал бить озноб. Досчитав мысленно до десяти, а потом еще раз до пяти, она через силу, встала с кровати, переменила у шкафа сорочку и вновь нырнула под одеяло. Пытаясь согреться и унять дрожь, Саша свернулась калачиком, а потом, как учил папа, напряла все мышцы и резко расслабила их, невольно застонав при этом.
    -Сашенька, тебе так плохо?- уже сочувственным тоном спросила Катя.- Давай я дежурного врача позову.
    -Не надо, Катюша, обычное дело…
    -Ну как хочешь. А еще мне мама обещала подарить новый смартфон,- продолжила подружка прерванную речь.- С таким большим экраном, представляешь? В нем плеер, камера, интернет, можно фильмы смотреть, представляешь?
    Меж тем боль в костях явно усилилась. Саша повернулась на спину и, найдя более удобное положение, закрыла глаза.
    -Ты опять не хочешь меня слушать?- возмутилась Катя.
    -Нет, что ты, говори, говори,- ответила Саша, немного повернув голову.
    В отличие от бойких сверстниц, с их шумными забавами, любовью к приключениям и развлечениям, новым знакомствам и флирту, Саша росла тихой девочкой, предпочитавшей уединение с хорошей книгой и спокойное раздумье. Особенно она не любила ссоры, брань, крики, потому старалась не давать к ним повода, и всегда очень нервничала, когда происходило что-либо подобное. Она сильно переживала и долгое время, перебирала в уме все перипетии конфликта. Сердилась она и на себя, потому что была слаба физически и не всегда могла за себя постоять, и, если во время ссор находились жесткие слова для ответа, она просто боялась их произнести. А когда заболела, то, не жалуясь и принимая судьбу, все же в душе винила врачей в неспособности помочь ей. В пол уха слушая Катю, она припомнила как несколько дней тому назад, случайно услышала безжалостные слова, относящиеся к ней: «С такой болезнью крови, долго не живут», как тихо плакала той ночью, глядя в звездное небо, и заметила там звездочку, отличную от других. Она казалась меньше, но ярче соседних, а её частое мерцание наводило на мысль о том, что звездочка говорит с людьми, но никто не обращает на это внимания. Саша мысленно, поделилась с ней горем, и эта общение, как ни странно, принесла облегчение. Единственное, о чем она спросила на следующее утро сразу побледневшую маму: «Там, куда я уйду – хорошо?»…
    Шаркающей походкой в палату зашла пожилая медсестра и командным голосом сказала: «Все, сороки, пора спать, выключаю свет».
    -Тетя Вера, а у Саши опять высокая температура,- доложила Катя.
    Та озабоченно спросила: «Ты лекарства принимала?»
    Саша молча кивнула в ответ.
    Медсестра подошла, пощупала лоб, покачала головой и сочувственно произнесла: «Ничего такое бывает, ты только принимай то, что врач прописал и все будет хорошо. Я к тебе попозже еще зайду. А теперь спите». И, подойдя к выключателю, погасила свет.
    Темнота невольно вернула ее мысли к странным сновидениям, что стали посещать ее в последнее время. Эти новые сны удивляли своей реалистичностью. Какие-то остались в памяти, какие-то нет, но они давали ей чувство прикосновения к чему-то очень значимому для нее, и она словно в поисках ответа, глянула в небо за окном.
    Там уже хорошо были видны звезды. Саша нашла свою, мысленно поздоровалась и пересказала ей свои дневные новости. Та, как всегда, успокаивающе замигала в ответ.
    -Ах, если бы я понимала ее язык,- закрывая отяжелевшие веки, думала Саша.- Надо попросить папу, чтобы принес азбуку Морзе. Может звездочка говорит по ней. Сколько бы тайн, наверное, я тогда узнала. И среди них одну, самую важную. А вдруг есть какое-то лекарство или средство от моей болезни? В голове уже путались сон и явь, но одно оставалось неизменным: желание вновь стать здоровой и сильной. Саша со всей силы сжала кулаки и мысленно проговорила: «Пожалуйста, ну пожалуйста, подскажи мне».
    Внезапно она уловила, какую-то перемену и, открыв глаза, увидела, что звездочка увеличилась в размерах и приблизилась. От удивления она подняла голову. А звездочка «выросла» до яблока, потом мяча, беспрепятственно проникла сквозь окно в палату, остановилась подле ее кровати, периодически озаряясь внутренним светом. Саша ойкнула и взглянула в сторону Кати, та крепко спала. Оглядев шар, она не выдержала и легонько коснулась его рукой, в то же мгновение он вспыхнул ярким светом. Саша невольно прикрыла глаза ладошкой, а когда отвела руку, перед ней стоял красивый юноша в сияющей белой одежде с голубыми прядями волос и такого же цвета глазами.
    -Кто вы такой,- изумленно спросила она.
    -Меня зовут Аниель, я хранитель и тот, с кем ты так хотела поговорить.
    -Но то была звездочка.
    -Я оттуда. Спрашивай.
    -Мне хотелось бы узнать…
    -Да, от всякой болезни, даже самой смертельной, кто-то и где-то на Земле смог исцелиться,- ответил он, на ее не произнесенный вслух вопрос.
    Саша удивленно вскинула глаза на Аниеля и, помедлив, спросила: «Разве такое возможно? Хотя если вы мысли можете читать…»
    -А кто как ни сам человек устанавливает границы возможного и заключает себя в определенные рамки?
    -Наверное, это так. Но когда ты неизлечимо болен и никто не может помочь, ни какие лекарства...
    -Как же тебе помочь, если ты уже со всем смирилась и приняла эту судьбу.
    -А что же мне делать?
    -Я могу показать тебе путь, следуя которому ты можешь многое понять и изменить, но предупреждаю - он необычен и труден.
    Саша, загоревшись надеждой, посмотрела на юношу, согласно кивнула и, собираясь встать с кровати, спросила: «Надо куда-то идти? Далеко?»
    -Ты ошибаешься, думая, что надо преодолеть какое-то расстояние. Это здесь и здесь,- и он слегка коснулся указательным пальцем сердца и головы,- Скоро ты поймешь.
    В глазах Саши появилось недоумение, но переспросить она не успела.
    Аниель повел рукой, и в тот же миг стены больничной палаты растаяли, в лицо ударил ослепительный свет, а грудь вдохнула свежий воздух.
    Придя в себя от изумления, она увидела, что находится на берегу той самой реки, что снилась ей недавно. Только призрачное лунное освещение сменилось ярким дневным светом. Вдали зеленели острова. Это было просто необъяснимо.
    -Что это? Галлюцинация?- произнесла она вслух и, подойдя к воде, нагнулась, зачерпнула ее ладошкой и попробовала на вкус.
    Вода была обыкновенной, только слегка солоноватой. Саша даже плеснула себе водой в лицо и, в недоумении покачав головой, пошла к большому скалистому камню, что высился у самого берега. Она не без труда взобралась на него, оглядела пустынный берег, и тут внезапно до ее слуха долетел призыв о помощи, который она слышала ранее. Кто-то очень близкий звал ее, звал так, что не прийти она не могла. Она не умела плавать и в отчаянии, еще раз оглядела берег, и, о диво, внизу у самого подножия камня увидела покачивающийся на волне челнок. Не медля, она спустилась вниз, затем, подобрав подол легкого платья, шагнула босыми ногами в воду, переступила через борт и, сделав пару шагов по колеблющемуся днищу, взяла в руки лежащее на скамье весло. Саша смутно представляла, как гребут, тем не менее все делала правильно: перешла на корму, оттолкнулась веслом от берега и, плавно погружая его в воду, то с одной, то с другой стороны, направила челнок к острову. Струи прозрачной воды с тихим журчаньем обтекали борта набравшей ход лодки, а теплый ветерок, лаская лицо, играл длинными (как до болезни) прядями русых волос и поднимал в воздух концы шелкового шарфа, повязанного вокруг талии.
    Она проплыла примерно половину расстояния, отделяющего ее от острова, как вдруг погода стала резко меняться. Подул сильный противный ветер, а в небе появились всполохи. Река, утратив голубизну, потемнела, по ней пошла рябь, потом крупные волны, они стали швырять ее челнок из стороны в сторону, и через борт начала переплескиваться вода. Саша упорно гребла, преодолевая эту внезапно налетевшую бурю, но та, будто осерчав за ее настойчивость, становилась все сильнее и сильнее. Молнии, словно гигантские желтые змеи, свешиваясь сверху, разверзали свои огненные пасти, и рык их заглушал все звуки, кроме одного – призыва о помощи. Он стал подобен маяку в этом бурном хаосе.
    -Нельзя сдаваться, нельзя,- наверное, в 100-й раз повторяла она, стоя по щиколотки в воде и дрожа от холода, в промокшем насквозь от брызг платье.
    Было непонятно даже для нее самой: откуда берется столько упорства. Лишь на минутку она перестала грести, выпрямилась и, откинув упавшие ей на глаза мокрые волосы, сделала попытку рассмотреть – далеко ли еще остров. Неожиданно раздался громовой удар, и молния, казалось, плеснула ей пламенем прямо в самое лицо. Саша резко отшатнулась и, потеряв равновесие, упала в клокочущую пучину.
    Шипящая холодная вода накрыла ее с головой. Инстинктивно Саша задержала дыхание и потому всплыла на поверхность, здесь она резко перевела дыхание, но при вздохе вместе с воздухом в легкие попала вода. Зайдясь кашлем, она уже не думала ни о чем, кроме одного - воздуха, воздуха, воздуха!!! Несколько раз Саша с головой уходила под воду, но, отчаянно барахтаясь, вновь всплывала, причем движения стали принимать более осмысленный характер. С трудом откашлявшись, Саша кое-как сумела удержаться на поверхности, однако силы были на исходе.
    Подняв, как можно выше голову в поисках лодки, она вдруг увидела черную блестящую спину огромной рыбы, которая с легкостью скользила по пенным волнам в ее сторону. Саша испугалась, и, подняв тучу брызг, попыталась отгрести прочь, но вдруг уже рядом послышался свист и пощелкивание, а следом она увидела перед собой большую лобастую голову рыбы. Та приветливо улыбнулась ей большим ртом.
    -Дельфин,- мелькнула догадка.
    Но в следующий момент силы совсем оставили ее, сознание помутилось и, глядя потухшим взором в темную глубину, она стала медленно погружаться.
    Саша очнулась от прохладных брызг воды, что попадали ей на лицо. Чуть приподнявшись, она увидела, что лежит на спине дельфина, который неторопливо плывет к уже недалекому берегу. Окончательно придя в себя, Саша решила поменять положение. Она взялась рукой за высокий центральный плавник и скользнула вдоль тела рыбы в воду. Дельфин повернул голову, пустил вверх небольшой фонтанчик воды и, ободряюще защелкав, увеличил скорость.
    Перед ними вставал загадочный остров.
    Гроза кончалась также внезапно, как и началась. Громыхнул последний удар, стих ветер, улеглось волнение. Дельфин заплыл в небольшую бухту и остановился недалеко от берега. Саша отпустила плавник и, погрузившись в прозрачную воду примерно по грудь, нащупала ногами дно. Она благодарно погладила дельфина по гладкой шелковистой коже и с чувством произнесла: «Спасибо тебе за спасение». Тот развернулся, прощально просвистел напоследок и, подняв хвостом тучу брызг, уплыл в глубину. Подгребая себе руками, она пошла к берегу.
    Выйдя на песчаную кромку, Саша огляделась. Ее удивленному взгляду предстали высокие зеленые холмы, меж которыми темнели лощины, с притаившимся кое-где клочковатым туманом, кудрявые дубравы и удивительной формы розоватые облака, что парили над таинственным островом. Раздумывая, что делать дальше, Саша отжала ладонями волосы, платье, еще раз осмотрелась и решила идти вдоль берега. Шлепая босыми ногами по кромке воды, она внимательно оглядывала окрестности и поняла, что не ошиблась, заметив необычную тропинку, ведущую куда-то вглубь острова. Замедляя шаг, она подошла к ней и удивленно раскрыла глаза. По краям ее росли удивительные пурпурно-розовые цветы. Саша наклонилась, чтобы лучше их рассмотреть и ее овеяло нежное благоухание. Высокая ножка цветка, обрамленная зелеными листиками, оканчивалась большим полураскрытым венчиком, внутри которого, то угасая, то становясь ослепительно ярким, светился пестик. Его сияние, проходя сквозь ажурные лепестки, озаряло тропинку ярко-розовым светом, и она сразу вспомнила о такого же цвета лучах, что вели к центру острова. Ну, а чуть поодаль сидел кот, один в один похожий на домашнего любимца - Пушистика. Даже ошейник на нем был такой же.
    -Пушистик! А ты как здесь оказался?- изумленно спросила Саша
    Услышав имя, тот приветливо поглядел на нее, неторопливо подошел и, замурлыкав, потерся о ее ногу, потом, подняв трубой хвост, важно зашагал вперед по розовой аллейке.
    -Ну все, с таким провожатым я не пропаду,- сказала вслух Саша и, решив, что разгадка таится там, куда ведет тропинка, пошла следом.
    Спустя некоторое время тропа привела их под сень деревьев. Поразительным было то, что стояла почти полная тишина, не было слышно ни пения птиц, ни стрекотания насекомых, безмолвие нарушали только шум дыхания и звук шагов. Лишь однажды неожиданно зашелестели листья и в шорохе их послышались слова: «Пришла, пришла, пришла…», а может это просто почудилось.
    Путь все время шел в гору, это, видимо, утомило Пушистика, он начал постепенно отставать и жалобно мяукать. Саше пришлось вернуться и взять его на руки.
    -Думала, ты весишь поменьше,- пробормотала она.
    Кот с облегчением вздохнул, положил голову на ее согнутую в локте руку, вальяжно раскинул лапы и хвост, так что тот иногда касался земли. Впрочем, Саша тоже порядком устала, но к счастью местность стала ровнее, и вскоре они вышли на пологую седловину, меж двух холмов, сплошная цепь которых, опоясывала остров. За холмами, внизу, виднелась большая равнина, в центре которой возвышалось розовое строение. Дорожка вела прямо к нему. Отдохнувший кот мяукнул, спрыгнул с рук и вновь побежал вперед, Саша зашагала следом. Вскоре они вышли на лужайку перед большим красивым домом, увенчанным голубым куполом. Лужайка была украшена скульптурами рыб и животных, вид некоторых был Саше незнаком. Справа, за круглой беседкой, увитой виноградом, виднелся сад, полный растений с диковинными плодами. Слева – что-то, вроде спортивной или игровой площадки. Во всяком случае, там, наряду со спортивными снарядами, располагалась любимая с детства карусель, за ней приютились небольшие качели и горка, в виде динозаврика. А прямо - высилось широкое крыльцо, по обе стороны которого стояли огромные по виду мраморные вазы, полные благоухающих розовых цветов. Цветы здесь росли повсюду. Сияние, что исходило от них, волнами пробегало по ступеням, фасаду дома, большим арочным окнам, куполу, лужайке, так что дом, скульптуры, сад, площадка, трава и даже облака казались розовыми. Но, несмотря на все великолепие этого места, было в нем что-то странное. Взгляд настораживал отпечаток запущенности. Было заметно, что за растениями и домом давно никто не ухаживал. На наружных стенах дома виднелись темные разводы и мелкие трещины, краска местами облупилась, отсутствовало несколько резных стоек перил, а из фундамента кое-где выкрошились куски камней.
    Саша постояла в раздумье, потом медленно поднялась по ступеням и тихонько открыла широкую прозрачную дверь. Порыв воздуха поднял легкую занавесь, и она, настороженно озираясь, вошла в просторный полутемный зал. Свет проникал сверху купола и через большие цветные витражные окна, забитые почему-то досками, картоном, тряпками, и падал на расположенную под куполом белую резного камня чашу бассейна. В центре чаши высился белый же пьедестал, на котором стояли часы, похожие на песочные. При таком освещении они словно горели. Белый футляр часов скреплялся по углам четырьмя витой формы стержнями и заключал в себе огромные, больше метра, прозрачные колбы светло-голубого цвета. Соединенные вместе они походили на начертанный вертикально знак бесконечности. Под часами на пьедестале светилась надпись – «МЫ САМИ СОЗИДАЕМ СВОИ ПРЕДЕЛЫ». Мельчайшие золотистые частицы, похожие на песок, тончайшей светящейся струйкой перетекали из верхней части в нижнюю и гасли там. Сверху на футляре, на фоне Солнца были изображены соединенные лодочкой и наклоненные вперед ладони, из которых, по-видимому, нечто очень ценное, перетекало в часы. В средней части голубела наша Земля, а в нижней мерцало звездное небо, куда, будто пронизывая Земной шар, как в вечность, падали золотистые частички - мгновения жизни. Она обратила внимание, что в верхней колбе их было совсем мало. Над бассейном и часами, под сводом узорчатого купола, парила огромная люстра, пронизанная сверху лучом света, и водопад ее искристых подвесов натолкнул Сашу на еще одну догадку. Она приблизилась к бассейну и увидела, что он завален грудой каких-то камней, предметов, тряпок, из-под которых, журча, вытекает вода.
    -Это был фонтан,- тихо сказала Саша и, потерев ладонью лоб, добавила.- Очень странно.
    Ее поразило и то, что все эти вещи были так сложены, будто кто-то, перекрыв струи, решил добраться до часов. Значит, дом обитаем? А если так, надо дать знать о себе.
    -Здесь есть кто-нибудь?- спросила она и обвела взглядом просторное помещение.
    Глаза Саши уже привыкли к полумраку, и теперь она различила на стенах меж витиеватых колонн огромные картины, изображающие отдельные эпизоды из жизни, причем, как ни странно, некоторые ей показались знакомыми. Удивлял не столько их размер и верность изображения, сколько то, что при внимательном рассмотрении, на них можно было увидеть тончайшие человеческие эмоции. Так же она заметила на пыльном мозаичном полу какие-то следы.
    -Эй, кто-нибудь!- уже громче окликнула она.
    От звука ее голоса, нарушившего гулкую тишину, Пушистик втянул голову. Изнутри дома донеслись неразборчивые звуки и затем все стихло. Она повторила свой призыв в третий раз.
    Неожиданно скрипнула боковая дверь. Кот прижал уши, припал к полу и стал медленно пятиться. Саша повернула голову и вздрогнула. В комнату стали входить дети примерно ее возраста. Их вид удивил и напугал ее. Худые до прозрачности с отрешенными бледными лицами они более всего походили на привидения.
    -Кто вы?- робко спросила Саша.
    Но они только вопрошающе смотрели на нее и не отвечали. По телу Саши пробежала дрожь, и она почувствовала ледяные уколы страха.
    Вдруг откуда-то из-за бассейна донесся шум, похожий на рык рассерженного животного, затем он повторился еще раз, но уже громче. Пушистик зашипел, вздыбил на загривке шерсть и прижался к ее ногам. Послышалась тяжелая поступь и свистящее дыхание крупной твари. Перед широко раскрывшимися глазами Саши проплыли какие-то давние кошмары, и, кожей чувствуя приближение чего-то враждебного, злого, Саша стала отступать, а за ней и дети. Еще несколько мгновений и это… появится перед ней! Не выдержав напряжения, и, вся дрожа от охватившего ее ужаса, она с воплем ринулась вон!
    Проснувшись от собственного крика, Саша долго лежала с открытыми глазами, пытаясь понять, что это было? Перебирая подробности, она понимала, что чего-то не смогла, не преодолела. И еще, несмотря на то, что все это ей только снилось, было стыдно за свою трусость.
    Между тем, в больнице начинался день. Послышалось хлопанье дверей, голоса, шаги. На соседней кровати, проснувшись, потянулась Катя.
    -С добрым утречком, Саша. Как ты себя чувствуешь? Опять кошмары мучали?
    -Спасибо, Катюша, все хорошо.
    -А мне показалось, что ты опять кричала,- сбрасывая с себя одеяло, сказала подружка.- Я даже проснулась, но увидела, что ты вроде спишь.
    -Показалось,- тихо ответила Саша.
    -Ладно, не хочешь не говори, тогда пошли умываться, а то, по-моему, уже завтрак везут.
    Поев, они пошли в лабораторию сдавать анализ крови. Потом приняли лекарства и начался обход врачей. В общем, шли обыкновенные больничные будни, а после тихого часа, как всегда пришла мама. Тихонько открыв дверь, она бросила тревожный взгляд на дочь, но увидев, что та, высунув кончик языка, с увлечением что-то рисует, облегченно передохнула.
    -Привет, дорогая,- сказала она, целуя Сашу в щеку.
    -Привет,- не отрывая взгляда от бумаги, ответила Саша и оценивающе склонила голову набок.
    -Что мы рисуем?- поинтересовалась мама и с любопытством заглянула в альбом.
    Там был изображен юноша лет 17 в необычной одежде, от которого исходило голубое сияние.
    -Кто этот мальчик?- спросила Ирина Сергеевна, так звали маму Саши.
    -Это мой новый знакомый, он сказал, что поможет мне.
    -Так он тоже лежит в больнице?
    -Нет, что ты, он там,- показав рукой вверх, ответила Саша и закрыла альбом.- Я тебе как-нибудь про него расскажу.
    Какая-то очередная фантазия, подумала Ирина Сергеевна, зная, что Саша любит необычные истории. Но видя, как она приободрилась, а в глазах замелькали живые искорки, решила больше не донимать ее расспросами и, поставив пакет с передачей на тумбочку, присела рядом.
    -Как там мой Пушистик?- спросила Саша.
    -Скучает без тебя, играть то не с кем,- ответила мама.
    И далее, не без юмора принялась рассказывать о проделках их общего любимца – белого кота.
    -Представляешь, на днях утром пошла на работу, а пузырек с валерьянкой оставила на столе, да еще пробку неплотно закрутила. Вечером приходим с папой домой, а кот сбил покрывало с кровати, развалился на подушке, лапы в разные стороны, рот приоткрыт, рядом пузырек - ну чисто пьяный мужик.
    -Бедная мамочка,- обняла ее за шею Саша.- Ты за меня так переживаешь, валерьянку пьешь. Все будет хорошо. Я поправлюсь, вот увидишь, он мне поможет, он обещал.
    -Конечно, поправишься милая, непременно поправишься,- напряженно улыбаясь, проговорила Ирина Сергеевна, Но печаль в синих глазах и горькие складочки у рта выдавали тщетность ожиданий и крушение надежд.
    Они поговорили еще о папе, что он много работает, о школе, о планах на будущее, потом с процедур вернулась утомленная Катя, и мама засобиралась уходить. Она поцеловала на прощанье Сашу, спросила, что ей принести в следующий раз и, пожелав девочкам скорейшего выздоровления, ушла.
    Прошло несколько дней, и затаившаяся на время болезнь решила показать свой норов. Усилились боли в суставах, опять начала кровоточить десна, вздулись лимфатические узлы, поднялась температура. А самое неприятное, Сашей опять стали овладевать безнадега и уныние. Ей стало казаться, что не было никакого юноши, что все это температурный бред, а любая борьба уже не по силам, ведь она просто маленькая, слабая и смертельно больная девочка.
    И когда она уже совсем пала духом, среди ночи прозвучал знакомый голос:
    -Пока ты слаба и не совсем понимаешь, но сила заключена внутри тебя, надо чтобы ты почувствовала это. Я покажу, как другие….
    -Ты не оставил меня?- оборвала Саша Аниеля прежде, чем он смог закончить фразу.- А я уже подумала, что ты навсегда вернулся на небо, это, наверное, классно, когда можешь летать куда хочешь. Когда-то и я мечтала прыгнуть с парашю...,
    Она, в свою очередь, не успела договорить, как перед глазами все зарябило, в уши ударил сильный вибрирующий гул, и Саша с удивлением обнаружила, что сидит на скамье в продолговатом, покачивающемся и, по-видимому, металлическом салоне. Рядом, справа от себя, она увидела девушку, лет 18-и в сине-красном комбинезоне и блестящей каске, лицом чем то похожую на Катю. Улыбаясь, та что-то напевала, глядя перед собой. Далее располагался молодой усатый мужчина в таком же комбинезоне только с ярко-желтыми широкими вертикальными полосами вдоль рукавов и штанин. На голове у него также была каска. Впереди в полукруглой стенке виднелся проем, за ним - кресло с человеком в синем форменном костюме. Внезапно их качнуло с боку на бок, почти как в автобусе, только сильнее и мягче, потом плавно повлекло вверх и накренило. Самолет, догадалась Саша и сквозь иллюминаторы, что находились напротив, заметила внизу цветные лоскуты полей. По ровной как стрела дороге, что проходила посреди них, двигались крошечные машинки, а дальше виднелась ровная стайка домиков. Саша подняла руку, чтобы протереть глаза и вздрогнула, вместо тонкой девчоночьей ручки, перед ней была округлая и сильная женская кисть. Саша с изумлением оглядела себя. Такой же плотный комбинезон, только серебристо-оранжевого цвета, длинные крепкие ноги, обутые в высокие жесткие ботинки, грудь и пах туго перетянуты широкими лямками, а за спиной она ощутила какой-то рюкзак.
    -Парашют,- мелькнула догадка.
    Саша оказалась в очень странном положении, она была как бы «гостьей» в чужом теле, все чувствовала, осознавала, но ничего не могла ни сказать, ни сделать. При этом она знала, что девушку, сидящую рядом, зовут Надя, усатого мужчину и их тренера – Павел, и все трое, они очень хорошие друзья. Но самое ужасное - она поняла, что впереди ее ждет прыжок и затрепетала от страха.
    Неожиданно она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и, опустив голову вниз, обнаружила там белого кота, опять же похожего на Пушистика. В круглых зеленых глазах его читалась укоризна.
    -Кс, кс,- позвала она его.
    Кот, подобрев, запрыгнул ей на колени.
    -Зачем ты таскаешь его за собой?- спросила девушка.
    -Как же без него,- ответила Саша и прижала к себе мягкий заурчавший комок.- Это мой талисман, мой маленький белый медвежонок.
    -Ну, ну,- сказала девушка.- Ты его еще с парашютом прыгать научи, он у тебя быстро норматив на мастера выполнит.
    -Запросто, он у меня смелый, только парашютов на котов не делают.
    М-да, подумала Саша. Как же им объяснить, что она и сама не только никогда не прыгала с парашютом, но и на самолете то еще не летала. Приподнявшись, она переложила свой «талисман» на сиденье, поправила парашют и взглянула в иллюминатор.
    -Что, Вера, не терпится? Ничего, скоро прыгнем, высоты чуток доберем!- сквозь шум мотора прокричал ей мужчина.
    Через пару минут впереди над кабиной загорелась желтая лампочка и что-то зажужжало.
    -Ну, приготовьтесь, чемпионки,- громко сказал усатый мужчина и, поднявшись с места, прошел вперед к боковой двери.
    Они тоже поднялась.
    Мужчина с усилием повернул рычаг, открыл наружную дверцу и стал закреплять ее тонким тросиком за ручку. В салон, вместе с ревом мотора, ворвался ветер.
    Снова раздался звуковой сигнал и вместо желтого загорелся красный свет. Летчик оглянулся и что-то крикнул.
    -Отставить,- скомандовал Павел.
    Внезапно самолет резко накренился. Их бросило к борту. Саша успела схватиться за поручень, что шел вдоль салона, а Надя, потеряв равновесие и неловко взмахнув руками, упала прямо на Павла. Самолет опять сильно качнуло, но уже в обратную сторону, и они с Павлом повалились на пол. Пытаясь удержать Надю, он случайно потянул вытяжную скобу, или как говорят в народе, кольцо запасного парашюта. Из оранжевого рюкзака, что находился за спиной Нади, вывалился плотно упакованный белый сверток прямо на голову растерявшегося кота и, словно живой, стал освобождаться от удерживающих его застежек и петель, превращаясь в купол парашюта, а затем, будто почуяв свободу, он устремился к открытой двери и как якорем потянул за собой Надю.
    -Прыгай!- крикнул лежащий тренер.
    Надя бросилась из самолета, но несколько строп зацепились за рычаг двери, и снаружи раздался глухой удар по обшивке. Все поняли, что случилась беда. Саша, а за ней Павел схватились за стропы, но он тут же застонал от боли: правая рука была то ли сломана, то ли вывихнута у запястья.
    Павел быстро выглянул из самолета, потом взялся другой рукой и после неудачной попытки в отчаянии воскликнул: «Нет, бесполезно, мы и втроем не втащим».
    -Ребята, надо что-то делать,- оценив ситуацию, крикнул из кабины встревоженный летчик.- Самолет почти не слушается. Может перерезать стропы, там же должен быть автомат на выпуск парашюта.
    -Автомат на запасном, а он как раз и вышел!- прокричал в ответ Павел.
    -Решайте быстрее, а то мы все разобьемся.
    В этот момент, громко мяукая и скрежетнув напоследок когтями, с длинного круглого поручня сорвался вниз «талисман», который висел там, словно на турнике, после «контузии» мешком.
    -Я знаю, что надо делать,- воскликнула Саша, краем глаза заметившая гимнастические потуги кота.- Дай-ка мне стропорез.
    -Ты что задумала?- с тревогой спросил Павел.
    -Кот мне идею подбросил. Не беспокойся, Паша, все будет нормально.
    Саша взяла из его руки нож, положила его в нагрудный карман и высунулась из раскачивающегося аэроплана. Ее оглушил рев мотора, а от ветра перехватило дыхание. Белое полотнище парашюта с хлопаньем било по хвостовой обшивке самолета, рискуя попасть в щели и заклинить рули, а немного ниже, на перекрученных стропах безжалостно мотало потерявшую сознание, окровавленную Надю.
    -Держи крепче штурвал!- обернувшись, крикнула она летчику.
    И натянув рукав комбинезона на ладонь, взялась за пучок строп.
    -Что удумала эта «чемпионка»?- забеспокоилась «гостящая внутри» Саша.- Неужели!?.. Нет!.. Нет!..
    На ее счастье кот, видимо, с испугу, сопя, вцепился когтями в комбинезон хозяйки чуть выше ботинка и оттянул момент. Та, пытаясь его сбросить, резко задергала ногой.
    -Брысь! Брысь тебе говорю!- кричала она.
    «Война» с котом как-то отвлекла всех от опасного предприятия. Но вот, наконец, кот был отброшен и в следующий момент она резко оттолкнулась от дюралевого порожка и скользнула по стропам к подруге. Внутри у Саши все оборвалось…
    Надрывно взвыв мотором, самолет резко накренился и «клюнул» к земле. Качаясь на упругом свистящем ветру, Саша далеко внизу видела землю, свои ноги, висящие в пустоте, и почувствовала, что от страха у нее останавливается сердце. Но «чемпионка» действовала быстро и четко, достав стропорез, она нажала на выступ и вылетевшим из рукоятки лезвием перерезала перепутанные стропы.
    Самолет, освобождено взмахнув крыльями, остался вверху, а беззвучно кричащая Саша в обнимку с Надей камнем полетели вниз. Сквозь переливы невероятных ощущений от свободного падения Саша как бы со стороны видела, что делается дальше. Она обвила подругу ногами, левую руку пропустила по ее талии под ранцем, а правой выбросила «медузу» - вытяжной парашютик и сцепила руки в замок.
    -Только бы удержать, только бы удержать,- твердили ее губы.
    Когда до земли оставалось всего ничего, хлопнув, раскрылся основной парашют, и их сильно подбросило вверх. От резкой нагрузки Саша вскрикнула, больно резанули лямки, и чуть не расцепились руки.
    -Ничего это можно потерпеть,- сжав сильнее побелевшие пальцы, прошептала она и мысленно поблагодарила Бога.
    Саша огляделась. Самолет, снижаясь, заходил на посадку, а к месту их предполагаемого приземления бежали люди. Она подняла голову вверх и, забыв про боль и тяжесть в руках, совсем новыми глазами посмотрела на яркое солнце, курчавые белые облака, плывущие в синеве, тугой купол парашюта, что, бросая вызов неудачам и страхам, белел на широком просторе.
    -Я смогла!- закричала она во весь голос.- Смогла!
    Саша впервые чувствовала такой восторг. Бурлящая радость наполнила сердце. Хотелось кричать во все горло, петь, декламировать стихи.
    И вот, наконец, земля! Чуть подогнув ноги и оберегая Надю от удара, Саша, несмотря на большую скорость, довольно удачно приземлилась. Быстро погасив парашют, она обессиленно упала рядом с подругой. Видимо, придя в себя от толчка, та открыла глаза. С недоумением она оглядела поле аэродрома, садящийся самолет, бегущих к ним людей, увидела обрезанные стропы и, все поняв, обняла Сашу.
    -Только ты, дуреха, могла на такое решиться, и как у тебя, вообще, это получилось, прошептала она и, откинувшись назад, вновь потеряла сознание.
    Недалеко раздался звук сирены машины «Скорой помощи».
    -Сюда, быстрее сюда!- громко позвала Саша, взмахнула рукой, и… проснулась.
    Удивленно оглядев палату, она перевела взгляд на Катю. При этом пятнышко утреннего солнца, пробившегося сквозь густую листву вяза, перекатилось с подушки на лицо и на миг ослепило глаза.
    -Я опять кричала?- прикрывшись ладошкой, спросила она у Кати.
    -Нет, плакала, бормотала, типа: «Держись, я иду…»,- но голос у тебя был какой-то чужой, я бы его никогда не узнала. Опять что-то нехорошее снилось?
    -Трудно сказать, Катя,- еще находясь во власти эмоций и вытирая теплые слезинки, ответила Саша.
    Прошло несколько дней. Это сновидение оставило в ее сознании яркий след и дало пищу к размышлениям – значит, в самом отчаянном положении, можно бороться и побеждать. Для этого надо верить в себя и не бояться.
    Категория: Самиздат | Добавил: belorus
    Просмотров: 232 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]